Винча

«Вокруг нас – антироссийская истерика. Хочу обратить ваше особое внимание на то обстоятельство, что речь о совместной разработке атомной бомбы не идёт», – заявил министр иностранных дел Сербии Ивица Дачич в ноябре прошлого года во время визита вице-премьера правительства России Юрия Борисова в Белград. Тем не менее, вероятность строительства в Сербии АЭС с российской помощью существует.

ТАКСИ РУС

На эти слова министра сербские журналисты особого внимания не обратили: судя по откликам в газетах, главный смысл той межправительственной встречи сводился к переговорам об участии Сербии в проекте «Турецкий поток». Но еще через месяц в Белград приехал Владимир Путин, в свите которого был и генеральный директор госкорпорации «Росатом» Алексей Лихачев. Россия и Сербия подписали два соглашения о двустороннем сотрудничестве в освоении «мирного атома». Представитель корпорации в интервью Радио Свобода назвал эти договоры «первым этапом, определяющим направления будущих проектов». В Сербии пока остается в силе запрет на строительство атомных электростанций, однако в правительстве республики вероятность его пересмотра в будущем не отрицают.

Сербия: с «мирным атомом» или без?

«Атомные договоры» появились не на пустом месте: в мае прошлого года на форуме «Атомэкспо-2018» в Сочи Россия и Сербия выступили с совместным заявлением о принципах сотрудничества «в сфере инноваций при использовании атомной энергии в мирных целях». Президент Сербии Александр Вучич откликнулся на это событие твиттер-замечанием: «Сотрудничество с корпорацией «Росатом» откроет для Сербии новые горизонты, а также создаст для нас новые рабочие места». В сербском парламенте тем временем по срочной процедуре продолжалась подготовка к принятию нового Закона о радиационной и атомной безопасности, открывающего дорогу к заметным переменам. Инициатор законопроекта – спикер Скупщины Майя Гойкович, депутат правящей Сербской прогрессивной партии; новый закон предусматривает возможность строительства в стране АЭС и регулирует условия реализации таких проектов.

В Сербии «начинается восстановление существовавшего в Югославии раньше атомного потенциала»

​По словам директора белградского Агентства по защите от ионизирующих излучений и атомной безопасности Сладжана Велинова (он входит в состав комиссии, работающей над новым законом), единственная причина спешки с его принятием – необходимость гармонизации законодательств Сербии и ЕС. Велинов разъяснил Радио Свобода: некоторые страны Европейского союза строят атомные электростанции, и соответствующие пункты законов Сербия просто переносит в свое законодательство. Интересно, что при этом в стране всё ещё действует закон, запрещающий не только строительство АЭС, но и развитие любых проектов по использованию и переработке ядерного топлива. В середине декабря, когда без особого шума в прессе, Скупщина приняла новый закон, никто из политиков громких заявлений по этому поводу не делал. Велинов подтвердил: «У нас нет намерения строить атомные электростанции».

Обозреватели в Белграде сводят оба процесса – просто «атомный» и «русский атомный» воедино. Одно из новых соглашений Сербии и России предусматривает открытие в Белграде Центра ядерных исследований. «Реализация этого проекта позволит сербским специалистам самостоятельно использовать энергетические атомные технологии», – считают в «Росатоме». «Мы закладываем прочный фундамент для развития высоких технологий на долгие годы вперед», – заявил один из сербских министров Ненад Попович. Алексей Лихачев пошёл ещё на шаг дальше, заявив, что в Сербии «начинается восстановление существовавшего в Югославии раньше атомного потенциала».

«Возвращайся, Пайя, домой!»

Семь десятилетий назад в титовской Югославии был основан Государственный институт ядерных исследований «Винча», названный по имени пригорода сербской столицы. Этот научный центр работает по сей день. Основателем и первым директором «Винчи» был выдающийся сербский ученый Павле Савич. После окончания Второй мировой войны Савич жил в СССР и работал совместно с советским исследователем Петром Капицей. В своих мемуарах Савич рассказывает, как во время визита президента Югославии в СССР в 1947 году Иосип Броз Тито сказал ему: «Возвращайся, Пайя, домой! Будем строить свой атомный институт!»

Институт «Винча» стал не только центром научных исследований, но и единственным хранилищем радиоактивных отходов в Югославии. Правда, вопрос безопасного захоронения отходов так и не был решен. В Винче несколько десятилетий работал большой ядерный реактор, пока, за два года до катастрофы в Чернобыле, Югославия не отказалась от проведения любых ядерных исследований и не приняла решение заглушить реактор. Программа атомных исследований таким образом была закрыта, однако времени и возможностей, чтобы безопасно захоронить скопившиеся ядерные отходы, не находилось. Только в 2000 году правительство приняло решение навсегда решить эту проблему.

Гражданские активисты проводят в Белграде акцию протеста после пожара в хранилище ядерного топлива в Винче. 2017 год

В сотрудничестве с Международным агентством по атомной энергии в начале 2000-х годов Сербия, чтобы создать условия для окончательного захоронения ядерных отходов, открыла проект по выводу «Винчи» из эксплуатации. Однако внутриполитические обстоятельства в стране складывались таким образом, что хранилище ядерных отходов так и не было построено, а из ЕС Сербия не получила никаких средств на консервацию научного центра. В прежней версии Закона о радиационной и нуклеарной безопасности сообщалось, что хранилище должны построить до февраля 2019 года, а в новой версии никаких дат не упомянуто.

Прошлое было ошибкой

В ЕС пока не комментировали «атомные» соглашения между Россией и Сербии. В Европейском союзе нет единства по вопросам развития атомной энергетики. В минувшем году в Брюсселе критиковали Чехию из-за планов развития АЭС. В Венгрии строят жилой комплекс для нескольких тысяч российских строителей и инженеров, которые примут участие в проекте завершения строительства атомной электростанции близ города Пакш, в 60 километрах от границы с Сербией. ЕС поначалу противился появлению этой АЭС, потом ограничил реализацию проекта «строгими условиями», но внутренняя дискуссия на сей счёт всё ещё продолжается. Одним из условий вступления Болгарии в ЕС было закрытие построенной в 1960-е годы по советскому проекту атомной электростанции в Козлодуе. Через 12 лет после вступления Болгарии в ЕС в Козлодуе всё ещё работают два реактора, топливо для которых регулярно поставляет «Росатом». С другой стороны, попытки Болгарии запустить в сотрудничестве с российской компанией «Атомстройэкспорт» (дочерняя компания «Росатома») строительство новой АЭС в Белене после вступления в ЕС закончились отменой проекта, и Софии в итоге пришлось выплатить партнёрам 600 миллионов евро в качестве компенсации.

«Росатом» крепит дружбу с Сербией

Министерство инноваций и технологического развития Сербии не ответило на вопросы Радио Свобода по поводу деталей соглашений с «Росатомом», их содержание общественности неизвестно. Хотя в Сербии пока не ведутся дискуссии об отмене Закона о запрете постройки ядерных сооружений, в правительстве не отрицают такой возможности в будущем. «Югославия совершила ошибку, отказавшись от возможности использования ядерной энергии», – сказал министр Попович в интервью белградскому еженедельнику «Время». На вопрос журналиста о том, приведет ли сотрудничество с Россией к строительству атомных электростанций, министр ответил, что такая перспектива будет обсуждаться в будущем.

Некоторые эксперты утверждают, что Сербия сталкивается с дефицитом электроэнергии и что в ближайшее время стране придется искать альтернативные источники, поэтому одно из решений – ядерная энергия. Однако прежде, чем принимать такое решение, придётся отменять запрет на строительство атомных объектов.

На эту тему,

Россия и Сербия создадут рабочие группы для определения совместных проектов в атомной сфере

Источник